Устав

Воинские уставы с самого своего появления формировались как особое явление, выходящее за рамки общей правовой сферы общества. В то же время они являются и необходимым её элементом. Особенность уставов как элемента правовой сферы в том, что они зиждутся на совершенно иных принципах, нежели те, на которых строится современная правовая сфера (например, так называемые права человека, являясь принципами правовой сферы ряда современных развитых обществ, не являются таковыми для уставов). Общие правовые принципы стали уже самодовлеющими при создании новых правовых норм и при претворении в жизнь старых, а вот уставы вызрели и постоянно воспроизводятся на совершенно иной основе. Если рассматривать их с точки зрения правовой сферы, то к ним больше подходит статус подзаконных актов, причём, глубоко ведомственного характера. Для специалистов-юристов не секрет, что такие акты часто сильно искажают правовые нормы-законы и используются в государственных структурах в основном для служебного пользования – особенно это относится к тем из них, которые разрабатываются для установления внутренних правил поведения в соответствующих органах, установления субординации, требований к сотрудникам, взаимоотношений и субординации с другими органами и т.д. Но и в таком ключе рассмотрения уставы имеют уникальную специфику, будучи направлены на поддержание специфически армейской дисциплины, на безоговорочное следование приказам, абсолютный характер социальной иерархии и армейскую дрессировку.

 

Но главное не это. Уставы действительно впитали в себя всё, что было сказано об армейских приказе, иерархии, дисциплине и дрессировке. При этом они были созданы не как абстрактная дань правовой сфере, а как инструмент обеспечения всех этих особенностей армейской жизни на практике. Они созданы, прежде всего, чтобы ограничить коммунальную стихию в интересах эффективности армии. Они не отменяют её совсем, потому что это в принципе невозможно, а лишь развивают и направляют отдельные её элементы, подавляя тем самым другие её элементы, и устанавливают некоторые дополнительные методы и правила, позволяющие осуществить подобное на практике. Уставы также пытаются придать немного цивилизованности армейским отношениям, сделать их более терпимыми для людей. В них кристаллизован опыт многих веков экспериментов над социальной организацией армии, и собраны в них не абстрактно-правовые благозвучные нормы, а вполне конкретные и реальные социальные механизмы, выработанные на протяжении всё тех же веков. Причём уставы нужны не только командирам, но и самим солдатам для облегчения службы: само подчинение некоему Уставу для солдата гораздо менее унизительно, нежели своему сотоварищу-сержанту.

 

Одновременно уставы не только фиксируют сложившиеся «естественным» путём указанные механизмы, возникшие в процессе исторического творчества людей, государств и обществ помимо правовой сферы, которые, в принципе, могут воспроизводиться и без них в силу сложившейся практики, но и вносят в них коррективы, и устанавливают дополнительные механизмы и средства обуздания коммунальной стихии, направления её в русло повышения эффективности армии. В этом своём качестве они уже не просто сложившиеся правила поведения, но установленные по правилам правовой сферы юридические нормы, пусть и несоответствующие принципам западного права. Поэтому можно констатировать, что уставы возникли именно как часть социальной организации типа обществ; ибо только в обществах выделилась правовая сфера и возникли её специфические правила организации и воспроизводства.

 

Как естественные, так и искусственные правила уставов направлены на обуздание коммунальной стихии и на поддержание эффективности армии. О ключевых естественных механизмах мы уже говорили и уже выделили их как особые социальные феномены, о вспомогательных же и искусственных речь пойдёт в следующей части. Здесь мы отметим только то, что уставы в армейской жизни исключительно важны и стоят здесь в одном ряду с приказом, иерархией и дрессировкой: их вбивают в головы и в поведение каждого солдата. Особенно важны они тем, что заставляют солдата ощутить свою причастность не к отдельному коллективу, а к огромной и мощной структуре всей армии вообще, почувствовать себя её винтиком и через эту причастность ощутить гордость своим положением. Да, солдаты лишь винтики в этой грандиозной структуре, но они такие же винтики, как и офицеры: пусть маленькие, но гордые. Устав пытается привить солдатам и офицерам эту гордость, для чего устанавливает и определённые правила обращения, элементы цивилизованного общения. Даже отношениям в рамках приказов и армейской иерархии он стремится придать более цивилизованный облик – хотя бы внешне. Ярким примером может служить воинское приветствие (ладонь под козырёк), которым обязаны обмениваться все военнослужащие, вне зависимости от служебного положения.

 

Конечно, устав соблюдается не абсолютно. Особенно тяжело проходят в жизнь его искусственные установления. Но, в любом случае, степень его реализации выше, чем иных ведомственных актов, что достигается за счёт уникальной армейской дисциплины и дрессировки. Причём степень эта не абсолютна для любого общества, а зависит от социальной организации общества и от конкретных исторических условий; зависит она и от состояния человеческого материала и менталитетного аспекта общества. Её значение может колебаться при этом в довольно широком диапазоне, особенно возрастая во время войны.