Напряги или фактическое содержание дедовщины

До настоящего момента мы заостряли внимание на глубинных свойствах и причинах дедовщины, отводя сами социальные отношения дедовщины куда-то на задний план. Но без их отображения картина армии для человека, не сведущего в армейских реалиях, окажется неполной, – данная глава как раз и призвана устранить получившийся пробел в изложении.

 

В тенденции, молодой выполняет для дедушки абсолютно всё – от решения бытовых вопросов до деловых задач. Прежде всего, он полностью обслуживает дедушку в бытовом отношении: стирает, гладит, подшивает форму, готовит еду и моет посуду, приносит еду из столовой. Кроме того, молодые бегают по разнообразным поручениям бытового характера, включая походы за территорию части в магазин (т.е. вынуждаются бегать в самоволку). Они также ведут всю общественную работу, такую как уборка казармы, наряды, работа с лопатой в командировке.

 

Следующий комплекс обязанностей молодого связан с таким армейским выражением, как «рожать». Дословно оно переводится на общеразговорный язык так: доставать из ниоткуда. Молодых заставляют рожать как различные вещи (ремень, форму, продукты, сигареты), так и деньги, причём, как за провинность (потерял что-либо, за чем-то не уследил), так и просто ради удовлетворения прихоти старослужащих или сержантов. Иногда подобным заражаются и офицеры. Ещё бы! Ничего не делаешь, а у тебя всё есть, причём, с доставкой в кровать.

 

Самое жестокое (образно, самое мучительное) в этой связке – это «рожание» денег. Молодым приходится бегать в самоволку, попрошайничать, просить переводы у родителей. «Рожание» денег непосредственно связано с торговлей людьми: молодых буквально продают за деньги на день, а то и на гораздо больший срок, для выполнения определённой работы. Это явление характерно не только для Кавказа, но для любого другого региона России. За продажу деньги может получать сержант или старослужащий непосредственно, либо привозить после возвращения сам проданный боец. Боец, далее, может сам продаться на работу. Наймом подобное явление назвать сложно, так как проданный не имеет никаких прав по отношению к покупающему его труд. Естественно, продаются обычно на самую черновую и низкоквалифицированную работу. Подобное явление в армии называется рабочкой. Она имеет и много положительных свойств: боец может в процессе заработать немного денег, поесть вдосталь гражданской пищи, отдохнуть от армейских унижений, почувствовать относительную свободу поведения. Для большинства рабочка – единственное и желанное средство вырваться из армейской грязи хотя бы ненадолго. Но от этого рабочка не изменяет своей сути, имя которой торговля людьми.

 

В конце концов, дедовщина – это совокупность отношений в рамках армейских коллективов. Признаки таких отношений можно свести к следующим: а) строятся на неравенстве; б) характерны абсолютное подчинение и бесправие подчинённых; в) ключевым моментом, определяющим положение в иерархии, является срок службы в армии, а также большая психологическая устойчивость; г) подчинённые находятся на положении рабов у старослужащих или сержантов, обеспечивают их всем необходимым для существования и прислуживают при этом. Правда, существуют сложности с отчуждением рабов, которое вообще-то редко практикуется; вернее будет сказать, отчуждение имеет место довольно часто, но не насовсем, а временно (на рабочку), в форме сдачи внаём. Налицо такие признаки права собственности, как владение и пользование, а также ограниченное распоряжение, – в итоге мы получаем своеобразную собственность на время, что-то вроде права пожизненного пользования земельным участком, причём, объект тоже берётся у государства для временного использования.

 

При этом, как ни странно, дедовщина проистекает из самых глубин коллектива. Рабство молодых лишь отчасти вынужденное, оно ещё имеет и добровольную составляющую: молодые знают, что, помучившись год, сами станут хозяевами. Интересно в этом свете посмотреть на уважение, с которым молодые относятся к старослужащим: они их уважают за то, что те когда-то тоже были рабами. Как подобная социальная ситуация воспринимается игроками на сцене общества – молодыми и старослужащими – можно судить по другим главам книги.

 

Выполнение молодыми общественных работ следует рассмотреть особо. К таким работам относятся наряды и вообще любые работы в рамках приказов; их обычно поручают подразделению в целом либо группе солдат. Так вот, при дедовщине эту работу будут выполнять только молодые – дедам не положено работать по статусу. В лучшем случае, им могут поручить контролировать молодых, следить за тем, чтобы они работали как следует. Иногда, правда, если молодые не укладываются в срок или в присутствии проверяющих, за дело берутся и старослужащие. Будут они работать и при наличии в группе жёсткого сержанта, старшины или офицера, который не посмотрит на срок службы, а также в случае отсутствия молодых в подразделении, когда кроме дедов работать попросту некому. В этой связи в некоторых частях существует такой обычай: если в призыве всего один молодой дух, то его именуют золотым духом и к работам привлекают лишь в случае, если сами деды идут работать.

 

В любом случае, деды заинтересованы в качественном выполнении работы молодыми, так как ответственность будет нести всё подразделение, и следят за ними. Этим часто пользуются командиры, тем самым поощряя и используя дедовщину.

 

Про методы поддержания статус-кво дедами мы уже говорили выше. Молодых необходимо держать в постоянном психологическом напряжении, иначе они перестанут подчиняться или начнут уклоняться от работы. Для этого их регулярно наказывают за малейшую провинность, а иногда и просто так, для профилактики. В некоторых подразделениях доходит до того, что их каждый вечер избивают всеми подручными средствами – дужками от кроватей, табуретками и т.п. Частенько устраивают различные игрища-шутки с непосредственным участием молодых, связанные с их унижением, издевательствами над ними и, опять же, избиением. Такие игрища могут быть просто апофеозом жестокости, переходящим в пытки. Это – лицо современной российской дедовщины.

 

Всё перечисленное выше для нас сейчас лишь слова, а представьте, каково приходится парню, для которого это реальная жизнь протяжённостью в целый год, изо дня в день!? Конечно, человек ко всему привыкает: привыкает к унижениям, к тому, что с ним обращаются, как с грязью, учится доставать всё необходимое, осваивается в окружающем войсковую часть кусочке гражданского мира. Но стоит ли удивляться, что он при этом иногда срывается – бежит из части или накладывает на себя руки?