Вопрос секретности

На уровне батальона или другого базового подразделения (боевой единицы) секретность бумаг – вопрос чисто формальный. Здесь элементарно нечего скрывать. А то, что скрывать всё-таки стоит (распоряжения о перемещении, приказы на выполнение боевых задач) сначала передаётся командиру подразделения в устной форме от непосредственного командования, а уже затем оформляется бумагами. Зачастую бумаги принимаются или поступают тогда, когда их разглашение ни на что уже не может повлиять: боевое распоряжение выполнено, а перемещение уже сыграло свою роль. Устное же распоряжение знает только ограниченное число людей, и даже не все из них представляют, куда именно их направили.

 

На высших же уровнях командования бумага имеет огромное значение. В ней сводятся реальные цифры, передаются приказания. Пусть даже отчётные цифры снизу показывают ситуацию лучшую, нежели она есть в реальности, но они дают хотя бы ориентировочное представление и с некоторой поправкой на коэффициент коммунальности и специфику региона (региональный коэффициент), дают реальное представление о боеготовности и возможностях боевой единицы. Устной информации на этом уровне значительно меньше, нежели на низшем.

 

Но каким бы ни был уровень армейского подразделения, везде неизменно работают солдаты-срочники. Фактически они допускаются к любой информации – от телеграмм и распоряжений и до документов боевой готовности. Понятно, что никакого юридического допуска к работе с секретной информацией они не имеют и реальной ответственности не несут. Если надо что-то узнать о ситуации в подразделении и его задачах, следует первым делом обратиться к штабным срочникам. Другое дело, что они обычно живут полузатворниками в штабах, что затрудняет получение от них информации даже в большей степени, нежели от офицеров.

 

Однако по увольнении такие солдаты могут многое рассказать, поэтому власти необходимо быть с ними аккуратнее. В условиях же новороссейского бардака ими никто не занимается, их же знания и навыки после увольнения стремительно увядают. Ухудшает ситуацию их полулегальное положение – выполнение исключительно важных функций по факту, без надлежащего оформления на соответствующей функциям должности. Подобное состояние здорово ухудшает учёт кадров: одни ни за что получают звания, должности, квалификационные разряды, ничего при этом не делая и реально ничего не зная, а другие – просто уходят в Лету, и память о них стирается, хотя вкалывают они в поте лица и днём, и ночью и многому реально учатся, многое умеют. Вот вам один из источников решения кадрового голода. Привлечение к работе на гражданке по фактической квалификации бывших срочников разрешило бы также и вопрос разглашения сведений государственной важности.