Особенности общения в армии

Когда попадаешь в армию, обращение людей здесь друг к другу буквально ошарашивает. Оскорбление на оскорблении, с отборной бранью – за такое на гражданке здорово досталось бы, а если бы подобное позволил себе друг в отношении друга, на дружбе можно было бы ставить крест. Здесь же это норма как в отношении старослужащих к молодым, так и в отношениях между самими старослужащими. Отличие только в психологической окраске выражений: в первом случае – со злобой, с давлением на человека, во втором – иронично, побратимски, со смехом и шутками.

 

Думаю, подобное отсутствие отличий в обращениях связано с жёсткостью иерархии в армии. Яркость эмоционального окраса выражений, которой в большей степени отличаются матерные выражения, здорово помогает в процессе давления на подчинённых. Поэтому как офицеры, так и фактические лидеры, сплошь и рядом употребляют такие выражения, обзывая подчинённых и сравнивая их с нелицеприятными образами. Очень быстро такой способ общения с подчинёнными входит у них в привычку. Подчинённые со временем сами становятся командирами, приобретают привычку говорить на языке эмоций со своими подчинёнными, но и обращение к самим себе в неприглядных выражениях остаётся привычным и естественным. Меняется только психологический окрас таких обращений, чтобы не дай бог не оскорбить своего союзника в борьбе за лучшее социальное положение. Конечно, они уже не позволят так говорить с собой подчинённым, но в большей степени из принципа, нежели из-за реальной щепетильности.

 

Таким образом, оскорбительное обращение друг к другу здесь естественно и порождается глубоким социальным неравенством, вкупе с низким уровнем образованности. А если пойти ещё дальше в обобщении, то подобное порождается взаимным неуважением друг к другу среди людей в армии. Человек здесь для другого человека может быть ценен (если с него можно что-либо взять), но никак не уважаем им.

 

Словесное общение между равными протекает, как уже говорилось выше, в предельно грубой форме. Шутки, разговоры – всё подчинено этому закону армейской жизни. Пусть даже за грубостью стоит нежное товарищество, или дружба, или просто панибратство, шутки и разговоры всё равно имеют неизменно гнусное звучание и отдают душком похабщины со взаимным неуважением.

 

Помимо словесного общения, бойцы общаются ещё и действием: сказывается их молодость, стремление выплеснуть бьющую через край энергию. Со стороны интересно наблюдать, как монолитно стоит строй, а сержанты резвятся вокруг него, точно дети. Правда, такую картину можно наблюдать в основном на КМБ или в меру уставных частях. Там же, где из устава знают только его название (и то в лучшем случае), за строем резвятся деды, сержанты и особо привилегированные бойцы. Их игрища такие же, как и у школьников: снежки, борьба, беготня.

 

Но всё это детский лепет перед тяжёлой артиллерией – пьянкой в войсковой части. Пьянка представляет собой не просто выпивку для поднятия настроения, но целый букет сопутствующих социальных явлений: добывание «без палева» спиртного, его шумное распитие, последующие игрища с застраиванием всей части или отдельного подразделения, с ночными подрывами, прокачками и избиением.

 

Пьянки бывают как среди офицеров, так и среди солдат, но их основное содержание неизменно. Отличаются они, в основном, масштабами, а также тем, что офицеры могут доставать спиртное вполне легально, солдаты же и сержанты посылают за ним «без палева» в самоволку молодёжь.

 

Когда пьют офицеры, попадает всем солдатам и сержантам, когда пьют солдаты и сержанты – солдатам и сержантам, а то и подвернувшимся под руку офицерам. Пьянки в армии вообще чисто армейское явление. Они отличаются от всего имеющего место на гражданке тем, что пьют представители особого рода людей – военные. Служба же – это не просто профессия, она представляет собой особый образ жизни. И военные так проникаются армейским бытом, правилами поведения в армии, жизнью в коллективе, что все их мысли и чаяния связываются с армией и армейским образом жизни. Поэтому пьяные военные буйствуют в рамках армейских правил поведения, доводя их до самодурства и абсурда своими действиями и высказываниями.